После прошлогодней побега охрану даже

После прошлогодней побега охрану даже усилили. Ночью же пленников запирали в хижине, и стоит опять же отбывала время на стенах, и во дворе.
Подобные меры безопасности принимались еще за близости непокоренный срегийцив. По Ниязи был враг, это против него строились укрепления. А значит - моанци боялись нападения.

К тому же в гавань нужно было пройти сквозь воинское поселение. Рекруты, взятые из императорского приказа до Неззького полка, жили чуть не в таких же хижинах, как и рабы. И наказывали их на теле так же, как и заключенных ... Однако, надеяться на то, что они не помешают побега, было бы смешно.
Нужно было оружие. Оружие было в дежурке крепости. Оружие хотя бы для шляхтичей ... Хотя бы десяток настоящих мечей ...
И нужна была подмога ...
Через господина Лиственная Лисичко, хорошо знавший срегийську, Вогнедан завязал знакомство с срегийськимы рабами, которые работали в каменоломнях, а спали в соседней хижине. По этому поводу между ближайшими возник спор - многие считали, что нельзя доверяться неизмененным.

Господин Лисичко, который, кстати, оказался пожизненным шляхтичем на службе у Вартислава Ведангського, гибель которого доблестный языковед не переставал оплакивать, уверял, что как раз из срегийцямы хлопот не будет. Если моанци были изначально гнездом предателей и полукровок, то белокурые дикари с Севера имели обостренное чувство чести, всегда соблюдали раз данное слово и очень любили свободу. Господин Лиственные принял договоренность со срегийцямы на себя, и, через несколько недель, украдкой провел Вогнедана в соседнюю хижину. Там лежал молодой срегиець, который не вышел на работу якобы из резь.
Срегиець этот имел определенное влияние на свой народ, потому что был сыном ватага одного из племен. В злополучной битве, где они были разбиты, он доказывал отрядом молодых воинов. Свободы юноша стремился до безумия, и Вогнедану вспомнился прикован к стене хижины срегийський раб, которого ельбериець видел в Моан, и который выл в отчаянии, словно волк на цепи.
Новолуния звали Слер из рода Сленти - гарь, или Белого Волка.Слер доверился Вогнедану так безоглядно, что тому даже стало неудобно. Действительно, белокурый красавец с такими же глазами цвета сапфира, как и у самого Вогнедана, даже подумать не мог, что новые приятели могут его подвести. Господин Лиственные сказал по этому поводу, что в срегийський языке отсутствует даже само слово измена.

Бежать срегийци хотели лишь в свои края - через Ниязи. Переплыть ее им, даже изможденным, было под силу - по крайней мере так утверждал Вогнедана Слер. Срегийци вместе с ельберийцямы должны прорваться к воде, а затем одни имели захватить галеру, а вторые - плыть на другой берег, куда моанци боялись потыкать и носа.
Слер предлагал Вогнедану махнуть рукой на нечистую посуду и бежать к Срегии, обещая ему, как великому воину, место у костра вождей. Метке глаз юноши заметило и изуродованную руку ельберийського предводителя, и рубцы от ран во рваных рубашонке, а главное - холодный жесткий взгляд клейменые раба знает из каких земель. Вогнедан поблагодарил молодому воину и пообещал принять его предложение, в случае если с галерой то пойдет не так.
И вот сейчас Вогнеданови верные разрабатывали окончательный план действий.
Побег назначен на праздник памяти мученика Зоота. Злосчастный Зоот погиб именно в этих краях, пытаясь обратить то ли астеонцив, то ли срегийцив. В Неззи был храм его имени, и праздник этот отмечался особенно пышно. В видсутньосты воеводы, как и полагалось по моанським обычаю, залога крепости имела напиться в дым.